«Северное сияние на Неве и Петропавловская крепость»

В 2022 году на улицах Санкт-Петербурга Сева Бойцов создал два крупноформатных полотна — «Детский Эрмитаж» и «Северное сияние на Неве». Художник работал с натуры без предварительных эскизов, стремясь сохранить непосредственность впечатления от увиденного. Выбор монументальной архитектуры был связан с его интересом к большому формату и возможностью свободно работать с цветом и формой.

«Соотношение между тем, что мы видим, и тем, что мы знаем, никогда не бывает окончательно установлено», — писал Джон Берджер в книге «Искусство видеть». В полотнах Севы Бойцова непосредственное впечатление и память меняют привычное восприятие знакомых мест, их пространства и масштаба.

В «Детском Эрмитаже» художник передаёт не столько архитектурный облик Зимнего дворца, сколько впечатление от окружающего пространства. По словам Севы Бойцова, «было очень мощное небо и всё вокруг казалось игрушечным». Монументальное сооружение сохраняет узнаваемые очертания, однако его привычный масштаб уступает силе непосредственного переживания.

В «Северном сиянии на Неве» Сева Бойцов соединяет петербургский пейзаж с воспоминанием о природном явлении, увиденном несколькими годами ранее. Северного сияния не было над городом в момент создания полотна, однако сохранившийся в памяти образ становится частью изображённого пространства. В одном пейзаже сосуществуют непосредственное наблюдение и впечатление из прошлого.

Живописный язык Севы Бойцова можно рассматривать в контексте постграффити — направления, связанного с переходом уличного искусства в галерейное пространство. Использование аэрозольной краски, динамичных линий и насыщенного цвета сближает его полотна с эстетикой уличного искусства. Не менее существенны и обстоятельства их создания: работая на улицах Петербурга, художник общался с людьми разного возраста и социального положения. Городская среда становилась не только пространством наблюдения, но и местом художественного действия.

В небольшом деревянном объекте «Вороний цветок» Сева Бойцов сохраняет узнаваемые черты цветка, отказываясь от натуралистической точности. Художник вырезает его из берёзы, обрабатывает бензином и машинным маслом, после чего обжигает на открытом огне. В этом процессе возникает противоречие между хрупкостью цветка и грубостью применяемых материалов и методов. Вещества, ассоциирующиеся с загрязнением и разрушением, становятся средствами создания художественного объекта. Сам Сева Бойцов характеризует цветок как одновременно милый и опасный — сочетание, которое проявляется не только в его облике, но и в самом способе создания.

В произведениях Севы Бойцова знакомые вещи и пространства предстают за пределами привычных представлений о них. Монументальная архитектура кажется игрушечной, воспоминание становится частью реального пейзажа, а хрупкий цветок обретает черты чего-то опасного. Личное впечатление становится отправной точкой художественного преобразования действительности, позволяя увидеть знакомое с неожиданной стороны. Между тем, что мы знаем о предметах, и тем, какими мы их воспринимаем, возникает расхождение, в котором художник находит возможность для собственного художественного высказывания.